Стань нашим спонсором на Patreon!

Премьер-министр страны-хозяйки предстоящего сентябрьского саммита НАТО, Дэвид Кэмерон, обратился с письмом к лидерам государств-членов Альянса и его генеральному секретарю. В своём послании он призывает к консолидации евроатлантических рядов перед лицом «агрессивной политики» России в Восточной Европе. Кэмерон считает, что Москва рассматривает НАТО в качестве противника со всеми вытекающими из этого военными и политическими последствиями для отношений стран Североатлантического блока с евразийской державой. Хозяин Даунинг-стрит 10 предложил конкретные меры для «сдерживания амбиций России в Восточной Европе». Это составление нового графика совместных военных учений с обязательным привлечением дружественных Альянсу стран, расширение программ оборонного, логистического, военно-технического сотрудничества, доукомплектование состава Сил реагирования НАТО (NATO Response Force) до 25 тыс. военнослужащих. Предлагаемые меры нацелены, цитата из письма Кэмерона, на «твёрдое присутствие» военного блока в Восточной Европы в ответ на незаконные действия России на Украине. По мнению Лондона, к саммиту в британском Уэльсе 4 — 5 сентября необходимо подойти с конкретными планами и предложениями по указанным мерам усиления натовского потенциала на восточных рубежах.

Письмо Кэмерона последовало после представления в Комитет по обороне Палаты общин британского парламента рекомендательного доклада по мерам усиления НАТО в ответ на действия России (1). Британский премьер обозначил лишь основные предложения введённого в парламентский оборот документа. В последнем, в частности, содержится «рекомендация правительству Соединённого Королевства (и США) применить размещение сил как минимум на дивизионном уровне в Польше и прибалтийских государствах через Германию».

Великобритания выдвинулась в первые ряды наиболее принципиальных сторонников «сдерживания» России. Здесь с ней гордо соседствуют Польша, Румыния и прибалтийские республики, в то время как остальные члены Альянса восприняли весьма сдержанно планы «Лондона и компании». Последние можно свести к созданию на западных границах России крупной, постоянно готовой к выдвижению в заданную точку, оснащённой по последнему слову военной техники группировки сил. Место дислокации натовского «кулака» в сторону России уже обозначено. Польский город Шецин готов к расширению дислоцирующейся под ним натовской военной базы. Функционал многонационального корпуса «Северо-Восток» НАТО в Щецине планируется расширить до вида базы постоянной готовности, укомплектованной датскими, немецкими и польскими военнослужащими. Британцев там не будет. Зато главнокомандующий Объединёнными вооружёнными силами НАТО в Европе и по совместительству командующий ВС США в Европе Филипп Бридлав пообещал официально представить свой план расширения базы в Шецине на британском саммите НАТО.

Письмо Кэмерона можно с уверенностью рассматривать как политическое продолжение военных идей командования США в Старом Свете. С весны текущего года американский генералитет на европейском континенте самым активным образом стремится замкнуть на себе все планы по наращиванию военного потенциала НАТО в Восточной Европе. Главком Филипп Бридлав стал своеобразным олицетворением подобных планов. Действуя в режиме плотной координации, Вашингтон и Лондон, которые, как всегда, географически «чуть дальше» от непосредственной гущи событий в Европе и на её восточной периферии, настоятельно призывают своих коллег по натовскому цеху внести вклад в дело «сдерживания» России. Статьи военных расходов в национальных бюджетах европейцев должны быть существенно увеличены, а их воинские контингенты обучены, оснащены и выдвинуты к базам в Восточной Европе. В том числе, в польском Шецине.

Самое интересное, что призывы лидеров англосаксонского мира к своим партнёрам сомкнуть ряды в противостоянии России звучат на фоне прямо противоположных действий в Вашингтоне и Лондоне. Здесь сокращают свои военные расходы и не проявляют признаков направления собственных людских и материально-технических ресурсов на восточные рубежи НАТО. Взять, к примеру, тот же Лондон. По военным расходам за 2013 год британцы входят в десятку ведущих наций мира (по данным Jane’s Information Group они на четвёртом месте, после России, с военным бюджетом в $58,8 млрд). Между тем, правительство консерваторов во главе с Кэмероном с приходом к власти в 2010 году приступило к мерам экономии государственных средств, затронувшим и оборонные статьи Острова. И, как можно понять, не намерено пересматривать в ближайшее время предыдущие бюджетные установки. Весной 2013 года из Лондона можно было услышать, что в условиях острой нехватки бюджетных средств правительство вынуждено принимать тяжёлые решения. К коим было отнесено сокращение средств на оборону. До 2015 года, когда в стране пройдут парламентские выборы, военные расходы не превысят 33 млрд фунтов (около $55 млрд) в год, — взял на себя обязательство кабинет Кэмерона. При этом подчёркивалось, что речь идёт не об урезании, а о замораживании военных расходов. Впрочем, существо действий правительства от этого не менялось. По экспертным оценкам, сокращение численности сухопутных войск Великобритании до 82 тыс. человек, постулированное правительственными планами, ограничит участие островитян в военных кампаниях за рубежом непродолжительными операциями, а также вспомогательными миссиями по поддержке союзников.

Примерно та же картина с сокращением финансирования военных статей в бюджете наблюдается и в Вашингтоне. Президент-демократ пришёл к власти в 2008 году на волне «демилитаризации» внешнеполитического курса сверхдержавы, значительной экономии и переориентации средств с военных на социальные программы внутри страны. Призывы британцев и американцев к увеличению европейцами трат на оборону звучат в отчётливом диссонансе с их собственными действиями. Впрочем, надо признать, в относительных цифрах Соединённым Штатам и Великобритании пока удаётся держать свои расходы на оборону выше уровня затрат в 2% от национального ВВП. И хотя бы в этом у них всё же есть право требовать от европейских партнёров доведения оборонных расходов до установленного в НАТО двухпроцентного минимума.

Политическая элита Великобритании в лице пребывающих у власти консерваторов готовится к очередным общенациональным выборам, намеченным на май следующего года. Никаких излишних трат средств местного налогоплательщика-избирателя, других непопулярных мер за несколько месяцев до выборов, правительство Кэмерона позволить себе не может. С какой стати британцы должны оплачивать из своего кармана счета восточных европейцев, столкнувшихся с эфемерной российской угрозой?! Они и так внесли вклад в мобилизацию НАТО на решительные действия, хотя бы фактом проведения на своей территории одного из наиболее принципиально важных саммитов за всю историю Альянса. Новый Ирак и Афганистан в Восточной Европе и, тем более, на Украине с направлением туда ограниченных контингентов ВС Её Величества ни простым британцам, ни их политическим лидерам также не с руки. Остаётся взять на себя роль генератора идей, знаменосца антироссийской коалиции в НАТО, чем, по сути, британцы и американцы ныне заняты.

Удручает факт резкой смены правительством консерваторов и лично Кэмероном амплуа партнёра России на платформе взаимовыгодного сотрудничества. До украинского кризиса, в котором Москва оказалась так и не понята ни американцами, ни европейцами, между британским премьером и российским президентом установился близкий к доверительному политический контакт. Теперь Лондон дистанцировался от наработанных годами связей, взяв на вооружение санкционную риторику в адрес Кремля. Именно с подачи американцев их союзники на Острове стали проводниками проектов секторальных санкций против Москвы в военно-технической, кредитно-финансовой и энергетической сферах. На промелькнувшей, но затем отошедшей с украинскими событиями на задний план, теме российско-британского сотрудничества в топливно-энергетической области можно остановиться поподробнее.

С лета 2012 года Москва и Лондон приступили к обсуждению возможности строительства четвёртой ветки газопровода «Северный поток» до Великобритании. Русская служба британской «BBC» в ноябре 2012 года отмечала, что строительство трубопровода до британского графства Норфолк даст «Газпрому» возможность увеличить экспорт в условиях сокращения спроса в Европе на природный газ. На тот момент Великобритания входила в пятёрку крупнейших импортёров российского газа. Зафиксированный за 2011 год показатель в 8,2 млрд куб. м газа был совсем незначительно, но снижен по итогам следующего года. В 2012-м «Газпром» поставил на Остров 8,11 млрд кубометров. Тем не менее, Лондон остался в числе ведущих внешних партнёров российской корпорации на европейском направлении поставок, замкнув собой первую пятёрку импортёров (Германия, Турция, Италия, Польша, Великобритания).

«Газпром» готов поставлять в Великобританию до 40 млрд куб. м газа в год, заявляли представители компании. В такую цифру оценивались потребности Великобритании в импорте газа, и Россия была готова их закрыть. Важным стимулом для «Газпрома» стала перспектива выстраивания с британским рынком качественно новых отношений, в полном соответствии с регулирующими требованиями ЕС. Как известно, правила на внутреннем энергорынке ЕС запрещают одним и тем же компаниям осуществлять оптовые поставки газа и одновременно заниматься его розничной продажей конечному потребителю. В британской действительности это сулило «Газпрому» взаимовыгодную кооперацию со всеми европейскими компаниями, действующими на местном розничном рынке потребления газа.

Четвёртая ветка «Северного потока» выглядела не менее заманчивой и для самих британцев. Хотя Остров все последние годы оставался одним из лидеров по добыче газа в Европе, но ввиду исчерпания ресурсов в Северном море Лондон встал перед необходимостью закупать недостающие объёмы газа за рубежом. Соединённому королевству приходится импортировать значительные объёмы сжиженного газа из Северной Африки, Персидского залива и Карибского бассейна. Обсуждения проекта удлинения «Северного потока» до британского берега продвинулись настолько, что это позволило экспертам предположить сроки начала эксплуатации нового ответвления — 2016 год. Но с украинским кризисом Москва и Лондон разошлись «как в море корабли». Перспективные проекты заморожены или вовсе свёрнуты на неопределённое время.

Роль правительства Кэмерона в нынешней истерии по поводу «российской угрозы» Восточной Европе непритязательна. Британцы включились в неблагодарное предприятие по настропалению «континенталов», прежде всего, немцев и французов, на предметную, а не декларативную оппозицию Москве. Те сопротивляются как могут, держа в уме собственные национальные интересы. У одних они выражаются в крупной сделке по кораблям-вертолётоносцам, у других — абсолютно ненужными сложностями в газовом сотрудничестве с восточным соседом. Правительство Ангелы Меркель не может позволить себе такую роскошь, как газовое «отключение» от России. Тем более, с сохранением в актуальной повестке немецких властей цели к 2022 году полностью отказаться от генерации атомной энергии для удовлетворения внутренних энергопотребностей. «Чем тогда топить? Дровами? Но за дровами тоже в Сибирь надо ехать», — вспоминается шутливое, но весьма точное определение Владимира Путина.

Не последнюю роль для Меркель и Олланда играет фактор общественного мнения, барометр которого явно не зашкаливает от перспективы, обрисованной Кэмроном. В соответствии с недавними соцопросами в Германии, почти три четверти (74%) жителей первой европейской экономики выступают против присутствия постоянных баз НАТО в Польше и Прибалтике. Идею усиления Альянса в Восточной Европе поддержали лишь 18% опрошенных граждан страны. Бóльшая часть противников продвижения натовского потенциала на Восток проживает именно в восточной Германии.

Таким образом, чем ближе к непосредственным театрам военного и политического противостояния, тем простые граждане более категоричны в неприятии навязываемой им «российской угрозы». Британцы же, ведомые своими политическими лидерами, как всегда «чуть дальше» от эпицентров мировых событий. Впрочем, возможно, не в этот раз. Ибо по окончании саммита НАТО в Уэльсе другая составляющая Соединённого королевства, Шотландия, выйдет на тропу референдума о независимости (18 сентября). Будет интересно проследить эпистолярный жанр общения Кэмерона со своими партнёрами в США и в Европе, если вдруг шотландцы проголосуют за отделение. Наверное, из Лондона пойдут письма иного свойства, чем те, которые ныне рассылаются по натовским адресатам…

ИА REGNUM

Подписывайтесь на наши новости в Telegram!